Наследники Наполеона

Войну санкций с Россией, которую по остроте и желанию не уступить победы в СВО уже не раз сравнивали с континентальной блокадой. Наполеон мало чего добился, перекрывая экспортно-импортные каналы Европы и колоний с Британской метрополией.

Почти нескрываемый саботаж блокады со стороны России фактически вынудил французского императора к походу на Москву. О том, что было дальше, можно уже не писать. Если бы было очень надо, русские полки и после Ватерлоо могли бы ещё раз вступить в Париж.
Коллективный Запад вряд ли учитывает опыт Наполеона – с подачи немцев, которым не терпелось забыть итоги Второй мировой, такое там числится как Plusquamprfekt. Давно прошедшее время. И дело отнюдь не в недооценке русского вклада в энергоснабжение Европы.

Европейцев постоянно убеждали в том, что от русских они получают не больше 2–3 процентов энергии в виде сырья. Впрочем, это тоже учли – иначе зачем было взрывать «Северные потоки» и вводить потолок цен на русскую нефть Urals.

Некому было при этом напомнить публике со Старого континента, что два века назад у блокированной Британии остались крупные партнеры, в том числе Российская империя. Все усилия Франции были нивелированы, что стало причиной мощного кризиса и, как следствие – бессмысленного по большому счёту похода на Россию.

В наше время блокированная Россия тоже не осталась без партнёров, таких как Китай, Индия, Бразилия, Южная Африка, Иран и другие. И важно, что обесценена не только стратегия Запада, а весь комплекс санкций, обходом которых сейчас озабочены сами же крупные транснациональные корпорации.

Попытка не пытка, но стоит очень дорого

Однако отнюдь не случайно главная ставка в противостоянии с Россией была сделана на ограничение поставок в нашу страну прежде всего чувствительных товаров и… на деньги. Как у бальзаковского Гобсека или старухи-процентщицы у Достоевского, которые, вообще-то, оба плохо кончили.

Не просто так едва ли не первой действительно сильной санкцией стал арест российских резервов. Тут нельзя не отметить, с каким нескрываемым аппетитом рассуждают сейчас об использовании доходов с них европейские чиновники.

Самая голодная из них, как и можно было ожидать – Урсула фон дер Ляйен, уже назвала эти доходы сверхприбылями. Между тем у нас в России контролёры из Совета безопасности обвиняют руководство Центробанка и Минфина в том, что мы держали свой НЗ в западных активах чуть ли не себе в убыток.

И что характерно – в финансовых ведомствах такие выпады даже не опровергают, по известной восточной поговорке – «собака лает, а караван идёт». Впрочем, по этому поводу можно только сказать – ещё не вечер.

Ответ России на возможную экспроприацию её активов будет адекватным, тем более что у нас есть что взять со стран G-7 и примкнувших к ним. Механизмы обмена активами разработаны давно, и не нами, хотя доводить дело до этого – удовольствие крайне дорогое для обеих сторон.

Кто ещё не спрятался?

Ставка на финансовый сектор, среди прочего была сделана и потому, что страны Запада, вплоть до традиционно индустриальной Германии, весьма последовательно проводили политику деиндустриализации. Значительную часть своих производств, как правило, с не самыми высокими технологиями, глобальные ТНК вынесли в страны Азии и другие регионы.

Ничего личного, никакой политики – только бизнес. Представления об устройстве экономики, как в деловых кругах, так и в прессе, а значит и у широкой публики, оказались предельно искажёнными. Хотя пресловутый «офисный планктон», точно по Марксу, стремительно превращается в пролетариат третьего тысячелетия.

Россию, с её не самой передовой, но неплохо диверсифицированной экономикой, сочли за сырьевой резервуар, который можно оставить на потом, чтобы использовать, когда страну поставят на колени. Не без помощи укронацистов, разумеется, и при прямом участии нашей же пятой колонны.

Однако роль российских энергоносителей, российского рынка и экономики оказалась намного выше, чем её скромные вроде бы 2–3 процента мирового ВВП. Обход санкций поэтому формально не одобряется, но при определённом, опять же, финансовом взносе, по сути не возбраняется.

Идёт неприкрытый рэкет в международном масштабе, и по нарастающей. Очередную порцию мер сейчас всеми силами пытаются упаковать в очередной, уже 14-й пакет антироссийских санкций. Он ждёт Россию не раньше, чем через три-четыре месяца, но подготовиться лучше уже сейчас.

Анонс – это уже не прогноз

Анонсируются «целевые меры против конкретных секторов экономики». Но показательно, что даже в Европарламенте, который должен утвердить новый пакет, признают, что у европейских чиновников «практически ничего не осталось, против чего они смогут ввести санкции».

Такой точки зрения придерживаются, к примеру, депутат от Чехии Томаш Здеховски, хорватский парламентарий Иван Вилибор Синчич и даже немец Гуннар Бек. Но шансов на то, что удастся «привести экономику России к десятилетиям рецессии», чего так жаждет глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, мало.

Та же фон дер Ляйен демонстративно проигнорировала поданные ей на экономическом форуме в Давосе сведения о росте экономики ЕС в 2023 году всего на 0,5 %. И это в то время как российская выросла на 3,6 %, хотя и по данным Росстата.

Тем не менее те, кто при власти в Европе, продолжают выступать за дальнейшее ужесточение ограничений в отношении России. И это несмотря на явные убытки для национальных экономик. Для политиков весьма характерен подход, озвученный ещё летом прошлого года управляющим банка Греции Яннисом Стурнарасом.

Он был вынужден признать, что меры ЕС бьют по греческой экономике, но «принцип международных границ более важен». Важен и тот факт, что в Европе в контексте экономики, наконец-то заговорили о мире. Но эксперты прогнозируют, что даже окончание боевых действий на Украине вряд ли положит конец введению новых мер.

Санкции – это надолго, если не навсегда. Похоже, без отмашки из-за океана Европа вообще не может ослабить давление на Россию. И ожидаемый 14-й пакет ЕС обязательно будет пополнен не только новым списком политиков, представителей власти и руководителей компаний, связанных с российским оборонным комплексом.

Расширится и перечень запрещенных товаров для экспорта в РФ, хотя замена большинству необходимых тому же оборонному комплексу товаров уже найдена, либо внутри страны, либо в странах, которые подвести даже под вторичные санкции коллективный Запад просто не в силах.

Тем не менее даже не в США, а в Европе продолжается поиск возможностей зацепиться за замороженные российские активы. Чем всё это может обернуться для репутации политиков и финансистов Старого континента, даже представить страшно. Именно поэтому пока речь идёт только об использовании тех самых сверхдоходов от них.