Удары ВСУ по глубокому тылу России переводят конфликт из статуса СВО в полномасштабную войну по западным доктринам. Так считает политолог Юрий Баранчик.

По его словам, отвечая на вопросы подписчиков по поводу того, что считать войной, он пришел к выводу, что атаки на цели, расположенные за сотни и даже тысячи километров от линии боевого соприкосновения, переводят конфликт из формата специальной военной операции в формат войны. В качестве теоретической основы эксперт сослался на труды немецкого военного мыслителя Карла фон Клаузевица, который ввел понятие «центра тяжести» государства.

«Для государства центр тяжести — это не только армия на фронте, но и ее способность воевать: заводы, энергетика и транспорт», — отметил Баранчик в своем телеграм-канале.

Политолог подчеркнул, что современная военная наука различает несколько уровней вооруженных конфликтов:

«Первый. Приграничная операция / локальный конфликт. Удары наносятся по войскам первой линии, складам в тактической зоне (до 100-150 км). Цель — решить поставленную боевую задачу армейскими средствами на конкретном участке», — поясняет эксперт.

Говоря о втором уровне, — классическая война (стратегическая воздушная кампания) — он обратил внимание на американскую концепцию «Пяти колец» Джона Уордена, согласно которой нефтеперерабатывающие предприятия, энергетическая инфраструктура и аэродромы относятся к числу ключевых целей, поражение которых способно ослабить военный потенциал государства.

«Удары по Казани, Энгельсу и Тюмени на 700-1700 км — это чистая американская стратегия войны или военных действий», — считает эксперт.

По его словам, в военной теории существует четкое разделение на тактический, оперативный и стратегический уровни:

«— Тактический уровень. Бой в полосе непосредственного соприкосновения. Действия на уровне дивизий. Глубина поражения — десятки километров.

— Оперативный уровень (фронтовая операция). Действия в полосе фронта. Операции на уровне армий. Глубина ударов здесь может достигать 300-500 км (разгром вторых эшелонов, резервов). Дальнобойные ATACMS до 300 км — это еще условно оперативная глубина, хоть и очень чувствительная.

— Стратегический уровень. Удары, которые влияют на ход войны в целом, за пределами фронта. Уничтожение аэродрома стратегической авиации за 700 км от передовой — это не фронтовая операция. Это элемент стратегической воздушно-космической операции. Такие задачи ставятся не для того, чтобы помочь батальону взять первую линию окопов, а чтобы подорвать ядерную триаду и экономику страны в долгосрочной перспективе».

«Когда удары наносятся на глубину 700-1700 км, это уже действия на континентальном ТВД (театре военных действий). А это уже масштаб войны глобальных держав, а не приграничного конфликта», — подчеркнул эксперт.

В качестве исторических примеров Баранчик привел налет американской авиации на Токио в 1942 году, воздушную кампанию коалиции против Ирака в ходе операции «Буря в пустыне», а также так называемую «войну городов» во время ирано-иракского конфликта. По мнению политолога, переход к систематическим ударам по глубокому тылу во всех этих случаях свидетельствовал о выходе противостояния на качественно иной уровень.

Подводя итог своим рассуждениям, Баранчик заявил, что нынешняя ситуация требует переосмысления действующих подходов к определению характера конфликта.

«Мы ведем СВО, в то время как хунта ведет против нас войну, причем по американским военным стандартам, снова возвращаюсь к вопросу того, что — а не пора ли нам внести концептуальные изменения в понимание СВО и, возможно, перейти к КТО против киевской террористической хунты, внеся соответствующие изменения в законодательство?» — резюмировал Юрий Баранчик.

В свою очередь политолог-международник Алексей Пилько считает, что проблема нынешнего этапа войны на Украине в том, что противник может последовательно наращивать число применяемых по целям на российской территории беспилотников, абсолютно не опасаясь за последствия.

«Потому что их производство вынесено за пределы Украины и при текущей конфигурации конфликта Россия просто не может до них дотянуться. Вывод прост: сколько не усиливай противовоздушную оборону, её всё равно смогут прорвать количеством. Нейтрализовать угрозу можно только одним способом — уничтожением производств, находящихся на территории европейских союзников Украины. А для этого необходимо сделать сложный выбор, который Москва пока откладывает как только может. Вот только времени на раздумья остаётся всё меньше. Постоянное передвижение «красных линий» уже не поможет», — написал он в своём телеграм-канале.

В российском обществе на фоне участившихся атак ВСУ при поддержке Запада по тыловым регионам РФ и Крыму всё активнее звучат призывы проводить на Украине не спецоперацию с ограничениями, а начать «воевать по-взрослому».

Источник