25 марта белорусы отмечали самый странный неофициальный праздник в истории республики – День воли, который в современной Белоруссии ассоциируется с оппозиционным движением. Праздник, появившийся во время немецкой оккупации в начале XX века, был реанимирован в 1990 году мовно говорящими соседями с Украины, которым скучно в одиночестве гробить свою страну. Но ни 25 марта, в четверг, ни 27-го, в субботу, протестовать почему-то никто не вышел.
Протестовать будем… но давайте завтра
На эту дату рассчитывали телеграм-каналы Тихановской и клинически оппозицонного канала «Нехта лайв». Оба ресурса просили белорусов 25 марта «размяться», пустив у себя во дворах салюты, и анонсировали возрождение массовой протестной «белорусской весны» на 27 марта с обещаниями координировать действия акций протеста. Но одинокий салют, опубликованный на канале Тихановской, и субботние всплески активности в «Нехте» были стыдливо удалены уже к вечеру, поскольку, судя по отсутствию людей на улицах, не вызывали интереса ни у кого, кроме силовиков и самих «борцунов».
Отсутствие протестующих настолько расстроило администраторов «Нехты», что те стали публиковать новости о «Кровавой субботе»… в Мьянме. В тексте говорится о военной диктатуре в этой маленькой азиатской стране, но ни слова о «кровавых» событиях из заголовка. К чему это было опубликовано – неизвестно, но желание написать о чём-то кровавом было удовлетворено хотя бы отчасти. Далее на «Нехте» шли рассуждения о застрявшем буксире в Суэцком канале и отставке Пашиняна. Какое это имеет отношение к протестам в Белоруссии и Дню воли?
Тихановская на этом фоне выглядела просто неисправимой оптимисткой, на голубом глазу заявив в написанном с ошибками посте:
Наша весна началась. В День Воли беларусы вышли в Вильнюсе, Варшаве, Киеве, Москве, Санкт-Петербурге, Бремене, Барселоне, Лейпциге, Праге, Брюсселе, Вене, Тель-Авиве, Лос-Анджелесе, Филадельфии и других городах мира. Но что ещё важнее – беларусы протестововали в Минске, Могилёве, Гродно, Бресте, Светлогорске, Солигорске, Волковыске и даже маленьком, но смелом Дрогичине. И скоро выйдет ещё больше людей, ведь это только начало.
О чём писала эта женщина, неясно. Где она нашла этих вышедших белорусов в таком широком географическом спектре, видимом только ей, осталось тайной. Имеется только одно разумное объяснение – Тихановская имела в виду белорусов, вышедших в магазин за хлебом. Фраза Тихановской «Никаких преувеличений – весь мир следит за Беларусью и поддерживает нас» до слёз напомнила выступления отбитых на Украине, которые через слово причитали «весьмирснами» в уже далёком 2014 году.
Не менее оппозиционный телеграм-канал BYPOL был более объективен и откровенен. Отхлестав себя плетьми в новости под смешным заголовком «Собраться не получилось. Что дальше?», авторы признали, что «наши ожидания начала этой весны оказались чуть выше нашей готовности к ней», но списали всё на долгий зимний простой белорусских активистов.
Справедливости ради нужно отметить, что перенасыщение Минска силовиками и специализированной техникой тоже сыграло свою роль, правда, по осени это не мешало протестующим собираться большими толпами. На пике протеста количество активистов доходило до 300 тысяч человек, а в прошедшие выходные, по словам одного из участников координационного центра, на всю Белоруссию едва насчиталось 10 тысяч демонстрантов.
Заокеанский «национальный» праздник
Провал протестов также, возможно, связан с искусственно навязываемыми символами этого самого протеста. По иронии судьбы, отмечание этой даты всегда приходилось на периоды оккупации Белоруссии немцами в 1918 и в 1941–1945 годах и либералами в 1991 году. Само название «День воли» появилось в 1990 году с подачи финансируемой американцами газеты, в насмешку называемой «Свобода», которая издавалась Украинской Национальной ассоциацией, основанной в конце XIX века переселенцами из западных областей Украины в США и Канаду.
СКАН ГАЗЕТЫ «СВОБОДА» ОТ 17 АВГУСТА 2012 ГОДА
Изначально дата принятия Третьей уставной грамоты на сессии Рады Белорусской Народной Республики в 1918 году называлась «День провозглашения независимости Белоруссии». Именно так этот день назывался в «Обращении Рады БНР и Рады министров БНР к белорусскому и еврейскому народам». Правда, от кого или от чего белорусы и евреи стали независимы в этот день, в документе не уточнялось.
Символ нынешних протестов – БЧБ-флаг, по неизвестной причине навязываемый белорусам, также ассоциируется с чем угодно, но не со свободной Белоруссией уж точно. Сочетание цветов корнями уходит во времена Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, а вот культивировался этот флаг всегда оккупантами. Именно под ним во времена Великой Отечественной войны нацисты «праздновали» белорусский праздник. Во всех случаях речи о независимой Белоруссии не идёт.
Впрочем, если допустить, что для оппозиции именно нацистский режим, который сейчас устанавливается в просвещённой Европе и США является идеалом государственного управления, то все вопросы снимаются. Нужно ли это самим белорусам, покажет время. Но провал протестных акций на минувших выходных вселяет оптимизм. Люди сбрасывают протестный морок и начинают мыслить своей головой, а не головой домохозяйки Тихановской.
Нет Комментариев