Мнение Василия Колташова

Экономическая ситуация в России оказалась хуже, чем ожидали Минэкономразвития и Центробанк, заявил президент России Владимир Путин на совещании с правительством. Он отметил, что уже два месяца подряд наблюдается снижение экономической динамики.

За январь-февраль ВВП сократился на 1,8%. В минусе оказались обрабатывающие отрасли, промышленное производство в целом и системно значимое строительство, подчеркнул Путин. Хотя часть снижения можно объяснить сезонными факторами, такими как сокращение рабочих дней, президент добавил, что это далеко не единственная причина.

«Деловая и инвестиционная активность в стране снижается сильнее, чем ожидалось. Это касается не только прогнозов экспертов, но и расчётов самого правительства и Центробанка», — сказал Путин.

Президент призвал правительство срочно разработать меры для поддержки бизнеса и производителей, чтобы остановить спад и восстановить экономический рост. Он выделил развитие высокотехнологичных отраслей как одно из ключевых направлений, которые позволят создавать продукцию с высокой добавленной стоимостью. Именно такие проекты получат приоритетную поддержку от государства.

С экономикой России происходит что-то странное. Официальная статистика говорит, что за последние пять лет средняя заработная плата в России увеличилась более, чем в два раза. Если в январе 2021 года зарплата составляла 49 516 рублей, то к январю 2026 года она возросла до 103 611 рублей.

Вместе с тем, фиксируется и то, что более половины российских домохозяйств (вплоть до 65 процентов) находятся в состоянии финансовой нестабильности. У граждан отсутствуют сбережения на непредвиденные ситуации, и они не могут их накопить.

Получается, две трети российских семей живут от одной зарплаты до другой. Хотя зарплаты и увеличиваются, рост цен опережает рост заработных плат.

Вторым критическим направлением является строительная отрасль. Напрямую на это влияет демографическая ситуация в России, которая вызывает серьёзные опасения. Согласно данным Росстата, в 2026 году в стране ожидается рождение всего 1,143 миллиона детей — это наименьший показатель за все 35 лет постсоветской эпохи.

Февраль 2026 года стал неудачным для первичного рынка недвижимости: было продано всего 35,7 тысячи квартир, что на 13,1% меньше, чем в аналогичном месяце прошлого года. В квадратных метрах снижение оказалось ещё более значительным — на 17,5%. Доля ежемесячных продаж от общего объёма строящегося жилья упала до 2,1%.

Несмотря на это, цены на жильё не снижаются. Средняя цена квадратного метра на первичном рынке достигла 186,5 тысячи рублей, что означает рост на 0,9% за месяц и 8,1% за год. Цены продолжают расти уже десятый месяц подряд, хотя темпы этого роста замедляются.

Квартиры, которые сейчас сдаются в эксплуатацию, были заложены 2—3 года назад, когда рынок находился в состоянии перегрева из-за массовой льготной ипотеки. Застройщики не могут остановить строительство на полпути — проектное финансирование и обязательства перед банками заставляют их завершать начатые проекты.

Многие россияне начинают выбирать более компактное жильё. В январе-феврале 2026 года средняя площадь покупаемых квартир снизилась до 44,5 кв. м, что на 3,4% меньше по сравнению с прошлым годом. Хотя такие квартиры могут вмещать меньше жильцов, на рынке по-прежнему наблюдается спрос на большее количество отдельных лотов.

Ужесточение условий семейной ипотеки (принцип «одна семья — один льготный кредит», обязательное созаёмство супругов) привело к тому, что часть покупателей не может воспользоваться льготной ставкой на новостройки и вынуждена рассматривать более доступные варианты на вторичном рынке.

Ошибка на фундаментальном уровне

Таким образом, по состоянию на начало 2026 года Россия столкнулась с неожиданной для многих проблемой. Несмотря на озвучивание темпов роста по номинальным параметрам, рядовые граждане ужимаются всё больше и больше. В конце концов, проблемы, которые нельзя чем-либо закамуфлировать, признал и президент России.

Экономическую ситуацию в стране, а также пути выхода из кризиса в беседе с «Антифашистом» обсудил эксперт, директор Института нового общества Василий Колташов.

— Василий, как вы можете оценить заявления и претензии президента к ЦБ и Минэку? Что было сделано не так, и кто виновен в таком положении дел?

— Повышение цен и тарифов, бесконечное ослабление рубля (особенно применявшееся как средство в любых случаях что-то предпринять) — всё это, наряду с дорогостоящими кредитами, привело к тому, что массовый низовой спрос в экономике сжался.

Предприятия малого и среднего бизнеса оказались в стрессовой ситуации, которое усилило повышение налогов и ужесточение контроля. И отсюда массовый уход в наличность и в схемы обхода налогов, на чём попадаются уже десятки тысяч фирм. И отсюда спад.

В 2025 году российская экономика замедлялась, что означало постепенное сокращение производства в ряде секторов. Кризис на рынке недвижимости был заблокирован и не развивался: семейная ипотека была слишком доступна и позволяла не обвалиться спекуляциям. Гроза не разразилась, но она и не прошла.

Поэтому все проблемы перенеслись на 2026 год. И в первом квартале 2026 года по сумме перечисленных факторов российская экономика провалилась. Это настоящий кризис. И это уже не секторальный кризис на рынке недвижимости, а это общая ситуация спада.

Это сокращение производства, сокращение продаж, сокращение деловой активности, разорение большого количества мелких фирм, закрытие магазинов, сокращение промышленного производства и отправка работников в оплачиваемые отпуска.

Здесь надо сказать, что ухудшение конъюнктуры на протяжении 2025 года характеризовалось снижением мировых цен на нефть с 80 долларов до 61—63 долларов за баррель, давлением на страны, включая Индию, с целью заставить их прекратить покупать российскую нефть.

Соединённые Штаты приложили огромные усилия, следуя «духу Анкориджа», параллельно разрушая российскую внешнюю торговлю. И в этом смысле надо сказать, что подобные проблемы также очень сильно повлияли на ситуацию в экономике на протяжении 2025 года и первого квартала 2026 года, пока конъюнктура резко не улучшилась из-за открытия второго фронта — войны на Ближнем Востоке.

— Что конкретно можно предъявить в качестве претензии экономическому блоку правительства?

— Работу Центрального банка, министерства финансов, министерства экономического развития, да и в целом экономического блока ведомств, можно признать по итогам 2025 года неудовлетворительной. Это при том, что снижение ставки ЦБ вовсе не было панацеей от всех бед, потому что накопилась большая задолженность у населения.

И новое расширение потребительского кредитования ни в коем случае не являлось рецептом, который бы спас российскую экономику от спада. Поэтому осторожное поведение Центрального банка в отношении ставки следует признать не настолько плохим деянием, как это часто делают.

Многие экономисты говорят, что это и есть причина кризиса. Вообще-то нет. Высокая ставка необходима, хотя она не связана напрямую с инфляцией. Так что правительственная работа оказалась не на высоте. Причина — неолиберальная идеология и чиновники, воспитанные в неолиберальном духе.

Сюда же — вера в то, что можно, отказаться от активной государственной роли в развитии промышленности, транспорта, сокращать расходы и стараться остановить инфляцию, это будто бы ничего плохого экономике не делает.

Работа соответствующих ведомств и их стратегическое видение были неудовлетворительны, результатом чего и явился спад. По итогам этих «трудов» уже в марте и последовало заявление президента России о том, что необходимо вернуть экономику к устойчивому росту. Неолиберальные эксперименты 2025 года показали, что иначе, как для мусорной корзины они не годятся. Нужно работать иначе.

Это не значит, что не нужно использовать денежные инструменты, но это означает, что всё в целом в экономике устроено не так, как это учит неолиберальная экономическая идеология. Надо развивать промышленность, развивать транспортную инфраструктуру, даже если на вас давят извне.

— Как можно оценить потенциал для роста экономики?

— В апреле конъюнктура резко изменилась. Период ценовой депрессии прекратился, на смену которому пришёл период повышения цен на нефть. И нефть оказалась в районе 100 долларов за баррель. По сути, Соединённые Штаты допустили грандиозную стратегическую ошибку, совершив вместе с Израилем нападение на Иран в расчёте на быструю победу. Началась продолжительная война в регионе Персидского залива и в целом на Ближнем Востоке. Весь регион охвачен войной нового типа.

Повышение цен на нефть, возникновение дефицита энергоресурсов и удобрений из-за разрушения системы добычи и транспорта американских сателлитов в зоне Персидского залива — всё это сделало российский экспорт гораздо более рентабельным. Это исправило ситуацию с наполнением бюджета, без девальвации рубля, которую готовил Антон Силуанов в качестве следствия ужесточения бюджетного правила.

То есть российская экономика получила извне сильнейший импульс к росту, при том, что западные экономики оказались в кризисе. И многие развивающиеся страны также попали в кризисное состояние. Но именно это кризисное состояние является причиной того, почему при таком конфликте, при таких проблемах баррель нефти стоит сейчас не 150 и не 200 долларов за баррель, а всего лишь 100 долларов за баррель, что, вообще-то говоря, никакой страшной или неподъёмной ценой не является.

Такую цену мировой рынок видел многократно, и вполне спокойно её переносили даже западные экономики. Но, в силу того что в западных экономиках накопились большие внутренние проблемы, это приводит к их осыпанию — осыпанию промышленности и спроса.

И, как следствие, мы получаем ограниченный рост цен на нефть, который хоть и тяжело, но переносим для Запада. Для России он комфортен в том плане, что, если эти цены будут держаться долго (много месяцев), то российская экономика будет получать внешнюю подпитку. Но это всё равно не отменяет необходимость развивать обрабатывающую промышленность и интенсивно развивать собственную инфраструктуру, включая строительство сети высокоскоростных железных дорог.

— Отдельно хотелось бы затронуть вопрос мер, направленных на замедление интернета и ограничение соцсетей. Насколько это оправданная мера с учётом проблем с экономикой?

— Замедление интернета, блокировка мессенджеров, включая «Телеграм», по сути своей, выглядит как вредительство. Наряду, кстати говоря, с теми налоговыми мерами, которые были приняты в отношении малого бизнеса, вынудившими их искать убежище в наличных. Просто потому, что такие меры толкают компании, работающие в Глобальной сети, к тому, чтобы покидать Россию.

И целые пласты специалистов из России уезжают в близлежащее зарубежье. Таким образом, получается, что выдавливается инновационный сектор из экономики. И это выдаётся за борьбу с вредительством.

По всей видимости, эти блокировки и ограничения будут отменены. Просто потому, что они не вяжутся с задачами экономического развития. И они очень сильно раздражают общество.

И когда я сказал, что это выглядит как вредительство, то здесь нужно понимать, что это попытки вызвать общественное возмущение и направить его против специальной военной операции для того, чтобы достичь того самого мирного соглашения любой для России ценой, ценой любых уступок, чего добивается финансовый капитал.

— При всех этих проблемах звучит информация о росте зарплат россиян? Как правильно интерпретировать эту информацию?

— С заработной платой в России ситуация очень непростая. В 2025 году прекратился рост даже номинальной зарплаты у большей части тех, кто занят в резко активизировавшихся секторах экономики после начала специальной военной операции. Это высокотехнологичный сектор, это оборонный сектор, это химическая промышленность, машиностроение, как часть этого высокотехнологичного сектора.

В целом, данные Росстата по так называемому росту средней заработной платы никогда не были вполне объективны. Они, в лучшем случае, описывали ситуацию в белой благополучной зоне экономики. То есть по хорошим предприятиям, по прозрачной ситуации.

Они не давали реальной картины по экономике. И, наверное, не будут давать её в ближайшие годы. Поэтому данные эти ни о чём не говорят, кроме того, что мы имеем в наиболее благополучном экономическом сегменте. Это не описывает ситуацию вообще.

— Отдельного внимания заслуживает ситуация с рынком недвижимости. «Благодаря» всевозможным инициативам и решениям мы пришли к тому, что даже человеку с приличным заработком купить квартиру в ипотеку становится невозможно. Как итог, вторичка сейчас расходится лучше, а новострои стоят нераспроданными? Что ждёт этот рынок?

— Что касается недвижимости, то здесь из-за высокой ставки ЦБ сохранялся своего рода застой, сохранялся кризис перепроизводства. Не было бешеного роста цен, к которому многие привыкли (то есть на 20% за год), но при этом доступность жилья не появилась. Высокая ставка ЦБ не привела к снижению цен на жильё.

Одна из причин — это то, как семейная ипотека выдавалась. В частности, она выдавалась тем, кто хотел купить студии. Она выдавалась в Москве в том числе, где спекулятивная цена квадратного метра достигла просто каких-то космических величин.

И совершенно несправедливо существовало ограничение, что в Москве порог по семейной ипотеке стоял 6 млн рублей, а в регионах — 3 млн. Почему в Москве должен быть 6 миллионов? С чего? Пусть везде будет 3 миллиона порог.

И государству стоило бы ввести предельную цену квадратного метра, при которой оно субсидирует ипотеку. Допустим, 100 тыс. рублей за квадратный метр. Выше этого уровня государство должно было бы сразу отказывать. Никакая семья жильё по таким ценам покупать не должна. Но очень медленно происходило ограничение механизмов злоупотребления семейной ипотекой.

Только осенью 2025 года было принято решение о том, что нельзя приобретать разные объекты недвижимости (так называемые семейные кредиты) на семейную ипотеку. Была распространена практика, что один из супругов покупает студию, и второй тоже покупает студию. Государство в лице наших экономических ведомств не пошло на то, чтобы дать рынку недвижимости обвалиться, как это, например, произошло в Китае.

Рынок всё-таки держали подпорки, но его надо обвалить, потому что иначе он не оздоровится. При этом, конечно, стоимость постройки жилья должна была расти в последние годы просто в силу ослабления рубля.

В этом смысле укрепление рубля может нам несколько облегчить положение. По всей видимости, намерение властей состоит в том, чтобы в 2026 году на рынке жилья тоже ничего драматического не допускать, дать покупателям постепенно обеспечить. Рассосать кризис, раскупить избыточно произведённые квартиры.

— В своём выступлении Путин заявил о необходимости сконцентрировать усилия на развитии высокотехнологичных отраслей. Насколько это вообще возможно в нынешних реалиях и с учётом выбранной финансово-экономической модели государства?

— В высокотехнологичных секторах российской экономики не только возможно, но и необходимо. Но произойти оно может лишь при государственном участии. То есть для этого государство должно взять на себя главенствующую роль в процессе, и без него никакой частный инвестор ничего не сделает.

Как мы видели, частный капитал не создал даже общероссийского мессенджера, в информационном поле не создал практически ничего уникального, не смог даже развить «Рутьюб».

Крупный финансовый бизнес ходит вокруг правительства и клянчит у него денег, чтобы Сбербанк или другие госкомпании скорее продали свои акции. Что-то делать сам он чаще всего не может, это тяжело для него.

Тяжело, потому что хочется получить прибыль до того, как ты понесёшь какие-то затраты. Поэтому государству придётся осознать, что так оно вытаскивает за уши гражданские инициативы. Подобно барону Мюнхгаузену, который сам себя вытащил. Это касается гражданского авиастроения, автомобилестроения.

Придётся все инновационные сферы точно так же развивать. И проблема в том, что многие кадры, которые сейчас есть в экономическом блоке правительстве, некомпетентны для выполнения этих задач. Как и Центробанк руководствуется совершенно не той философией, которая нужна для того, чтобы обеспечить быстрое экономическое развитие.

Даже при высокой ставке можно было расширить кредитование наиболее важных секторов экономики. Например, весь 2025 год можно было строить высокоскоростные железные дороги, просто выкупив дополнительно имитированные акции РЖД. Выкупить их должен был Центральный банк.

По этой схеме можно было дать капитал без правительственных расходов и получить положительный результат в виде мультипликативного эффекта в экономике. Но монетаристы все на своих местах, вся система образования буквально оккупирована экономистами неолиберальной школы. Учебники везде тотально неолиберальные.

Только-только готовится учебник, который не является неолиберальным. Но он готовится для неэкономических специальностей. То есть неэкономисты у нас должны любить родину, а экономисты должны оставаться с прежней своей американоцентричной философией. И с культом свободного рынка и презрением к российскому государству.

Пока что мы живём так. Поэтому прогрессивные изменения будут продолжаться, но они будут идти медленно и трудно.

Иван Солдатов